дел. Войдешь в дело с придурками, сам станешь
  таким. Кому, как не тебе, это знать...
   Только один небольшой прокол получился с его стороны. У шведки была
  страсть к фотографиям. Она обожала сниматься голышом. Он сам щелкал ее в
  разных позах, но пару раз их все-таки засняли вместе по ее настоятельной
  просьбе, и его одного она сняла "Полароидом", на память. По-хорошему, надо
  было перед отъездом эти снимки найти и уничтожить. А он этого не сделал,
  поленился, разнежился на солнышке... Впрочем, ни Каролина, ни турки имени
  его не знали, прозвища тоже. Наверняка у горячей шведки большая коллекция
  всяких фоток с разными мужиками. Ведь не станут каждого проверять.
   Сквозняк подошел к забору, у которого были навалены поломанные сухие
  венки, повернул медный кран, торчавший прямо из земли, на ржавой трубе.
  Перед тем как подставить под ледяную струю литровую банку, он попил воды из
  пригоршни, ополоснул лицо.
   - Привет старым знакомым! - услышал он хрипловатый высокий голос за
  спиной.
   Прежде чем обернуться, он поставил банку на землю, освободил руки. Оружия
  у него с собой не было, но и без оружия он мог справиться с кем угодно.
   - Остынь, в натуре, это я, Клятва! - Высокий худой мужик в черном
  сатиновом халате улыбнулся, сверкнув золотыми фиксами.
   Да, можно было остыть. Клятва не представлял опасности. Много лет он
  работал могильщиком на этом кладбище, а могильщики - народ осторожный.
  Знают, сколько стоит жизнь