лечо.
   Аппарат просигналил, что факс в Москву прошел.
   - Это коммерческая тайна, - нервно усмехнулся Денис.
   - Ладно, я пойду кофе сварю. Я здесь сегодня одна, мы с мужем владеем
  этой фирмой. Есть еще секретарша и пара агентов, но сегодня я одна... Ты
  посиди. Можешь покурить пока. И вообще расслабься. Ты какой-то дерганый.
   - Спасибо. Сколько я тебе должен?
   - Хамишь, парниша! - Она весело махнула рукой. В четырнадцать они все
  трое зачитывались романами Ильфа и Петрова. У них даже сложился своеобразный
  жаргончик, состоящий из цитат. Агнешка часто разговаривала языком знаменитой
  Эллочки-Людоедки, у нее это получалось смешно и мило.
   Она исчезла за дверью в глубине приемной. Оставшись один, Денис скомкал в
  кулаке листок бумаги, сунул в карман джинсов. Секунду подумав, достал
  расправил, оторвал кусок с написанным текстом, положил в большую медную
  пепельницу и поджег кончик зажигалкой. Потом крутанулся в кресле, вытянул
  сигарету из смятой пачки, машинально отметил что это - последняя, закурил.
  Клочок бумаги скорчился и почернел. Он сгорел быстро, за несколько секунд.
   - Денис! - послышался голос Агнешки из соседней комнаты. - Тебе сколько
  сахару?
   - Две ложки! - крикнул он в ответ.
   - А Антон женат?
   Его немного задело, что Агнешка сначала спрашивает про Антона.
   - Нет! - крикнул он. - И я тоже нет.
   Наружная стеклянная дверь бесшумно распахнулась. Денис успел заметить
  черные усы, мятый льняной пиджак, закатанный до