и у меня, и у Веры. Ты, конечно, не прикрепила к ошейнику бирку с
  новым номером? - Оно грозно взглянула на дочь.
   - Я забыла... - Вера сама была готова расплакаться. - Надо завтра утром
  позвонить по нашему старому номеру, предупредить... И еще, есть специальная
  служба поиска пропавших животных, надо узнать в справочной.
   - Ладно, - вздохнула Надежда Павловна, - ложитесь спать, девочки. Это
  безобразие, что Соня у нас так поздно ложится. То на кухне всю ночь
  болтаете, теперь вот Мотю искали. Я там воду согрела, две большие кастрюли,
  чтобы вы помылись.
   Вера поливала Соню из ковшика и все пыталась успокоить ее и себя.
   - Он найдется, я чувствую. Мы объявления развесим, я распечатаю на
  принтере сразу штук тридцать, кто-нибудь найдет и позвонит.
   - А Мотя пойдет с чужим человеком? Он ведь породистый, такие собаки
  дорого стоят. Вдруг его увел какой-нибудь бомж, чтобы продать на Птичьем
  рынке? - Соня сидела, съежившись в ванной, маленькая, худенькая, очень
  несчастная.
   - Не думаю, - Вера закутала Соню в махровую простыню, - Матвей хоть и
  добродушный, но с чужим не пойдет.
   - А как же тогда, если его хороший человек подберет, чтобы нам вернуть?
   - Он отличает хороших от плохих, - грустно улыбнулась Вера. - С бомжом,
  который захочет его продать, Матвей не пойдет. От бомжа пахнет перегаром, а
  он этот запах терпеть не может.
   Они на цыпочках вошли в комнату Надежды Павловны, Соня шмыгнула под
  одеяло и, прижимая