зуйся в свое удовольствие. Однако предел ее терпению все-таки
  наступал, причем это могло произойти в самый неподходящий для хитрых
  халявщиков момент. Они-то расслабились, решили, так будет всегда. Но
  Верочка, тихая, безответная, исполнительная "бесплатная" Верочка говорила
  однажды: все, ребята. Вы ведете себя непорядочно, и мне противно с вами
  иметь дело.
   Конечно, безработных переводчиков навалом, но на деле оказывается, что
  половина знает языки на уровне средней школы, а вторая половина требует
  оплаты по принятым в мире расценкам, двести долларов за шесть часов
  синхронки и восемь долларов за страницу переведенного текста. А таких, чтобы
  работали качественно и бесплатно, в природе не существует.
   Верочке предлагали денег в два раза больше, в три, в пять, оправдывались,
  извинялись, рассыпались в комплиментах, угрожали, требовали. Но все было
  напрасно. Если она говорила "нет", то уже ни за какие деньги, никакими
  обещаниями и угрозами ее нельзя было уломать.
   Дело было далее не в деньгах, хотя Вера, как любой нормальный человек, в
  них нуждалась. Дело было в брезгливости. Как только она убеждалась, что ей
  врут, что ее силы и время воруют, причем не голодные, не нищие, а вполне
  упитанные состоятельные люди, она просто уходила - даже если никакой другой
  работы не предвиделось.
   Сама того не желая, она создавала у человека иллюзию, будто с ней все
  можно. Казалось, человек сам должен понимать, что можно, а что