ал с собой в середине семидесятых шустрого пацана лет
  десяти-двенадцати. Однако что это был за пацан, откуда взялся и куда потом
  делся, осталось тайной. Слишком много лет прошло.
  
  ***
  
   Супруга Ильи Андреевича Головкина уехала на дачу к своей приятельнице, не
  сказав ни слова. Она уже неделю как могла уехать, однако все тянула, будто
  ждала чего-то или нарочно торчала в квартире с утра до вечера, чтобы ему,
  Илье Андреевичу, досадить. Занятия в школе кончились, делать ей было нечего.
  Головкин все ждал, когда наконец его благоверная начнет собираться.
   Каждое лето она проводила на станции Поварово, по Ленинградской дороге, в
  шестидесяти километрах от Москвы. Ближайшая подруга Раисы имела там в
  кооперативе участок в шесть соток с двухкомнатным домом.
   Подругу звали Галиной, она тоже преподавала труд, только в другой школе.
  Они вообще с Раисой были похожи: обе бездетные, экономные, хозяйственные, у
  обеих мужья - "стервецы". Каждая считала, что детей нет потому, что здоровье
  расстроилось "на нервных почвах", и виной тому, конечно же, злодеи-мужья,
  неблагодарные бездельники, эгоисты, тунеядцы и так далее.
   На этих эпитетах, на взаимных жалобах и перемывании косточек своим
  "стервецам" две пожилые женщины держались если не целое лето, то месяца
  полтора. Раиса помогала Галине в огороде и с курами, которых хозяйка
  умудрялась разводить за лето на своих шести сотках. Кроме кур и огорода,
  женщины занимались консервированием, солили