что следы
  ограбления будут налицо.
   Уваров проглядывал подробные сводки по ходу предварительных расследований
  каждого квартирного убийства. В основном это была "бытовуха". Муж зарубил
  топориком для разделки мяса приятеля, к которому с пьяных глаз приревновал
  жену. Два алкаша-ветерана спорили о политике, один другого шарахнул молотком
  в висок. Тут же сам и сознался со слезами. Наркоман скинул свою сожительницу
  с балкона, с двенадцатого этажа, потом спрыгнул сам. Жена зарезала мужа
  кухонным ножом, но не сознается. Уверяет, будто кто-то ночью вошел в
  квартиру, придушил ее слегка, либо вырубил каким-то хитрым ударом по шее.
  Однако врач утверждает, что никаких следов у нее на шее нет...
   Уваров закурил и откинулся на спинку стула. Никаких следов ограбления.
  Никаких следов на шее... Жена напилась до одури и пырнула спящего мужа ножом
  в спину. Но не признается. Ничего не помнит. Уверяет, будто кто-то вырубил
  ее... Если она хотела избавиться от мужа, чтобы заполучить квартиру, могла
  бы найти более хитрый способ. Какая квартира после убийства? Нары на многие
  годы, и только.
   Уваров снял телефонную трубку и позвонил в НТО.
   - Сережа? Посмотри, что у нас там по Самотеке с дактилоскопией. Да, ты
  приготовь, а я через пятнадцать минут к тебе подойду.
   Через пятнадцать минут Юрий Уваров узнал, что отпечатки пальцев на ноже,
  которым убит был Зелинский Станислав Михайлович, принадлежат его жене,
  Зелинской Инне Валерьевне. Никаких других