ям, давно никто не покупал.
  Развесная лапша и вермишель десятилетней давности плесневела на складах
  магазинов в глубинке, иногда ее пускали на корм скоту, но чаще кормили ею
  заключенных в тюрьмах и лагерях, солдат в армии и детей в детских домах.
   Мрачное, полуразвалившееся здание было построено в середине прошлого века
  немцем-кондитером. Когда-то здесь вручную пеклись вкуснейшие пирожные,
  воздушное печенье птифур, отливались глянцевые шоколадные "бомбы", внутри
  которых были замурованы крошечные фарфоровые зайчики с розовыми ушками,
  куколки в балетных пачках, белые медвежата. Все это прямиком из Сокольников
  отправлялось каждое утро в знаменитый гастроном Елисеева, в булочную
  Филиппова. Рассыльные в элегантной униформе развозили по всей Москве
  заказные огромные торты. Высокие, причудливо разукрашенные коробки в пышных
  бантах они держали на вытянутых руках, торжественно, осторожно, ибо каждый
  такой торт был неповторимым произведением кондитерского искусства.
   Для себя немец выстроил двухэтажный пряничный домик с широкой винтовой
  лестницей внутри.
   После революции потомки кондитера эмигрировали, фабричка была объявлена
  народным достоянием и стала вместо кондитерских изысков производить серые
  макаронные изделия для голодных трудящихся.
   В пряничном домике разместились бухгалтерия, отдел кадров, партком,
  фабком и прочая администрация. Пожилая секретарша нынешнего директора,
  натура тонкая и впечатлительная,