о быть бесчувственным животным, чтобы
  "не разуметь" такую трогательную и печальную историю, даже если ее
  рассказывают на языке бывших оккупантов.
   - Но пан, - растерянно произнесла она по-русски, когда он закончил, - в
  соседнем номере никто не живет.
   Еще немного, и для Ильи Андреевича пришлось бы вызывать "скорую помощь".
   - А через номер? - еле слышно безнадежно спросил он, вспомнив, как сам
  сегодня ночью перелезал на соседний балкон.
   - Секундочку, - девушка стала листать регистрационную книгу, - да, через
  номер живет молодой человек из России... Вот, Курбатов Денис Владимирович,
  1968 года рождения... К сожалению, больше никаких сведений нет. Мы
  записываем только имя, гражданство и год рождения. Это при Советах
  полагалось писать полный адрес, место работы... А сейчас мы даже не
  спрашиваем документов, имя может быть и вымышленным. У нас частная
  гостиница, мы свято чтим право личности на инкогнито.
   Девушка как бы даже извинялась перед Головкиным за новые демократические
  порядки. Действительно, был бы еще и адрес, и место работы, задача Ильи
  Андреевича упростилась бы в сто раз. Тем более ловкий молодой человек вроде
  бы из Москвы, а не откуда-нибудь из Варшавы или Лондона.
   - Благодарю вас, пани... Вы представить себе не можете, как много для
  меня сделали...
   - Ну что вы, пан, это так мало... Если бы еще хоть чем-нибудь могла
  помочь вам. Вы хотите подняться в номер к пану Курбатову?