качал головой фельдшер, - он не спрашивал про Ивана. Он только
  заметил, что пол грязный, и сказал: надо помыть.
   Под дулом автомата Машу провели в какой-то каменный сарай с выбитыми
  окнами. Сарай находился между железной дорогой и шоссе. Рядом стоял крытый
  военный грузовик. Несколько вооруженных кавказцев курили, сидя на корточках
  или развалившись на траве.
   Внутри стоял голый канцелярский стол, несколько табуреток. За столом
  сидел бородатый кавказец в черной джинсовой рубашке. Не сказав ни слова, он
  кивнул тем двум, которые ввели Машу. Один из них сдернул рюкзак с ее плеч,
  основательно порылся в нем, вытряхнул все из сумочки, лежавшей сверху,
  паспорт и студенческий билет протянул бородатому. Тот стал молча листать
  документы, потом поднял на Машу тяжелые красноватые глаза:
   - Ты что здесь делаешь?
   - У меня украли деньги. Я хотела добраться до дома на товарняках, - стала
  объяснять Маша как можно спокойней.
   - В Москве живешь? Маша кивнула.
   - Почему не могла позвонить, чтобы тебе прислали деньги?
   - Мне прислали. Но здесь, на почте, переводы не выплачивают.
   - Почему ехала в другую сторону?
   - Как в другую сторону? - опешила Маша. - Мне сказали, поезд до Орла...
   - Кто сказал?
   - Люди на товарной станции, башмачники, которые рельсы проверяют. Потом
  мужчина в вагоне. Он вино вез, целый вагон портвейна.
   - Сядь! - рявкнул бородатый. - И сиди тихо!
   Маша опустилась на одну из табуреток. В руках бородатого