анова.
   Ставить наружников к квартире и даче Иванова опасно - "смежники"
  моментально навострили бы уши. Такое усиленное наблюдение нельзя не
  заметить. Да и чеченцы тоже не слепые. Кроме того, Константинов понимал -
  никаких серьезных контактов в оставшиеся до выборов дни у Иванова не будет.
  А "ореховая бабушка" имела задание проследить и вычислить других наружников,
  главным образом чеченских. Уж они-то должны стеречь офис своей марионетки.
   В том, что Матвей Перцелай прав и именно Иванов является искомой
  марионеткой, полковник почти не сомневался. Помимо Мотиной информации и его
  "метода исключения", на эту версию работало еще и собственное чутье
  Константинова, подкрепленное подробностями личной жизни и финансовых дел
  Вячеслава Иванова.
   Взять кандидата можно было в любой момент, и доказать его продажность не
  составило бы труда. Но арест Иванова мог спугнуть куда более серьезную птицу
  - Ахмеджанова. Поэтому полковник не спешил. Он не надеялся проследить
  бандита через марионетку - Ахмеджанов не дурак, через Иванова он не станет
  светиться. Но вот наблюдать за своей "покупкой" должен весьма пристально -
  не только через служащих офиса, но и через наружников. И при таком раскладе
  "ореховая бабушка" незаменима. Она могла угадывать людей, вычислять на
  расстоянии и замечала такие детали, какие не мог заметить никто, кроме нее,
  - даже самые тонкие профессионалы-наружники.
   Никому не приходило в голову