ы? Но ведь один из звонивших
  назвал меня по имени. Вряд ли Вадим успел предупредить кого-то, что здесь
  гостит некая Маша. И тем более вряд ли он стал бы предупреждать этого
  "друга" с кавказским акцентом..."
   Телефон зазвонил опять. Прошел всего час. Маша трубку не взяла, но все
  время, пока раздавалось назойливое однообразное треньканье, сидела, стараясь
  не дышать, будто маленький сотовый телефон - живое существо и от него
  исходит опасность.
   Когда телефон наконец затих, ей удалось успокоиться и собраться с
  мыслями. "Да, если предположить, что Вадим все-таки предупредил этого
  "друга", то вполне логично поведать "другу" и про суточное дежурство. И он
  бы не стал звонить сюда, а позвонил бы в больницу".
   И тут послышался настойчивый сигнал машины. Судя по звуку, машина стояла
  у самых ворот.
   - Как мне это надоело! - громко вслух сказала Маша. - Чего они от меня
  хотят? Выманить из дома? Когда я выходила во двор, на меня просто смотрели,
  не трогали. Еще хотят посмотреть? Нервы треплют?
   Она решительно отперла входную дверь. Гудки тут же прекратились. Стало
  очень тихо. Маша подошла к просвету в заборе, заметила сквозь узкую щель
  заляпанные грязью задние колеса, брезентовый верх. У ворот стоял военный
  "газик". Маша приблизила лицо к просвету, пытаясь разглядеть номер - на
  всякий случай. И тут же отпрянула. Прямо напротив, со стороны улицы,
  практически нос к носу возникла улыбающаяся физиономия