омнатная,
  "жигуленок-шестерочка". Ларисин муж искренне верил, что официантки хоть и
  зарабатывают мало, но имеют очень хорошие чаевые.
   "Люди в штатском" давно уже держали Ларису за свою, давняя история с
  армянином и героином забылась. Ей платили хорошие деньги за информацию, она
  стала настоящим профессиональным агентом, почитала кое-какие книжки по
  психологии, в общем, это стало для нее чем-то вроде сверхурочной работы,
  привычной и будничной.
   Сейчас, поболтав с полковником Константиновым из ГРУ о докторе Ревенко и
  его девочке, Лариса подкинула только первую половину информации,
  посплетничала на правах старой знакомой, у которой язык без костей.
   Убирая тарелки из-под горячего и подавая кофе с мороженым, она продолжала
  болтать:
   - Глеб Евгеньевич, вот вы - военный человек. Скажите, вас когда-нибудь из
  ресторана вытаскивали по служебным делам?
   - Ну и болтушка ты, Ларочка! - улыбнулся Константинов.
   - Нет, я хочу сказать, можно ведь людям поужинать и отдохнуть за
  собственные деньги? Вчера того старого холостяка, который пришел с пацанкой,
  прямо у нас достали, из-за стола выдернули. Он, конечно, доктор, понятное
  дело, но ведь не "Скорая помощь"! Я даже форель нашу фирменную не успела им
  подать, а ему уже звонят. По нашему телефону. У какого-то важного больного
  шов закровил! Человек покушать пришел, да еще с дамой, а у двери уже "газик"
  стоит.
   - И что, форель так и не ели? - сочувственно спросила