я тоже хочу
  спросить тебя: Вадим Николаевич, вы шпион? Или мафиози? Кто вы, Вадим
  Николаевич? Почему вас боятся бандиты? - Маша улыбалась, но глаза ее были
  серьезны. - Понимаешь, я вчера решила вымыть голову. Наверное, лучше бы мне
  в руки не попала случайно именно та бутылка из-под шампуня, в которой вместо
  английского жидкого мыла с протеином оказалась кассета. Конечно, мне ужасно
  стало интересно - что же такое на этой кассете? Почему понадобилось так
  хитро ее прятать? Но, поборов свое здоровое любопытство, я поставила бутылку
  на место и колпачок завинтила. А потом я вспомнила, как испугались бандиты
  на улице, как те, в сарае, уважительно разговаривали с тобой на своем языке.
  А теперь успокой меня, пожалуйста, и соври что-нибудь так, чтобы я поверила
  и перестала бояться. Ведь правды ты мне все равно не скажешь...
   Прежде чем ответить, Вадим залпом допил свой остывший кофе и закурил.
   - Я не стану врать тебе, малыш. Полтора года я оперирую раненых чеченских
  террористов, которых переправляют тайно сюда, в горы. Если я откажусь это
  делать - меня убьют. Если буду продолжать - рано или поздно арестуют. Мне
  приходилось и раньше оперировать бандитов, но совсем других, местных. Там
  пулевые и осколочные ранения случались редко.
   Ко мне обращались солидные люди, крестные отцы местных мафий, с обычными
  хирургическими проблемами. Я был чем-то вроде придворного хирурга для них. А
  теперь я оперирую бандитов, удаляю пули и осколки. По закону