ли он понимал, что делает,
  когда брал кассету и передавал ее мне. Он мог и вовсе забыть об этом через
  час. В общем, его логику проследить невозможно, и не в этом сейчас дело.
  Дело в том, что кассета у меня и я должен что-то предпринять.
   - Получается, они пока не знают, кто взял кассету и кому передал? Но пока
  не узнают, не успокоятся? - Маша говорила медленно и задумчиво.
   - Они пока только подозревают и проверяют. Проверять начали сразу,
  буквально в ту же ночь прислали ко мне капитана милиции, который напрямую
  провоцировал меня сдать Ахмеджанова.
   - Настоящего капитана милиции?
   - Возможно, и настоящего. Но купленного с потрохами. Загвоздка в том, что
  я не знаю, куда мне сунуться с этой кассетой. Половина здешней милиции
  работает на чеченцев. В местном ФСБ - то же самое. Но Ахмеджанов сам
  невольно подсказал выход. В конце разговора он обратился ко мне со странной
  просьбой. Он сказал, что в санатории "Солнечный берег" появился некий
  полковник Константинов из Москвы. Я хорошо знаком с главным врачом
  санатория, и чеченец просил меня через него осторожно навести справки об
  этом полковнике.
   - А ты решил, что именно ему, этому полковнику Константинову, и надо
  отдать кассету? - перебила Маша. - Ты хочешь через своего знакомого главного
  врача выйти на него или хотя бы навести справки?
   - Именно так, - кивнул Вадим.
   - Ни в коем случае! Это ловушка!
   - Почему? Главный врач санатория никак не