ние становилось неловким, напряженным. Иванов не сводил с нее
  масляных зеленоватых глазок, смотрел так, будто уже мысленно раздевал.
   - Вячеслав Борисович, можно курить у вас в машине? - громко спросила
  Маша, пытаясь нарушить молчание.
   - Я сам не курю, но вам, Юленька, можно все! - многозначительно ответил
  он.
   Маша закурила, выпуская дым в открытое окошко.
   - Вячеслав Борисович, вы женаты?
   - Да, вторым браком. Но сердце мое пока свободно, как говорится.
   "Тьфу, придурок!" - выругалась про себя Маша.
   - А дети есть у вас?
   - Дочь шестнадцати лет, от первого брака. А вы, Юленька, замужем?
   - Вообще-то да, - медленно и неуверенно произнесла она - надо было
  доиграть до конца, не разочаровывать его, потерпеть еще минут десять. - У
  меня сложные отношения с мужем, - призналась она, - знаете, в наше время так
  тяжело построить семью, особенно если женщина с раннего утра до позднего
  вечера занята на работе, к тому же постоянные командировки и время отпуска
  не совпадает. Вот и сейчас я отдыхаю с подругой, а муж в Москве.
   - Можно, я задам вам нескромный вопрос? Впрочем вы еще не в том возрасте,
  когда этот вопрос неприятен женщине. Сколько вам лет, Юленька?
   - Двадцать пять. Два года назад я окончила факультет журналистики
  Московского университета, год проработала в "Московском комсомольце". А
  потом появилась наша газета "Кайф". Я люблю все новое, мне нравится начинать
  сначала.
   - А кто спонсирует вашу газету?