лазами.
   Арсюша читал Конан Доила, не отрываясь.
   - Эй, ты здесь не сгорел? - спросил Глеб, притрагиваясь к его горячей
  спине. - Может, пойдем, мама нас уже ждет?
   - Да, сейчас, - ответил Арсюша, не поднимая глаз.
   - Пойдем, сейчас солнце самое тяжелое. Окунись разок, а я пока все
  соберу.
   - Ладно, - Арсюша неохотно оторвался от книги, пробежал, поджимая ноги,
  по раскаленным камням пляжа к воде, нырнул пару раз. Долго плавать ему не
  хотелось, он остановился на самом интересном месте рассказа о пляшущих
  человечках. Поэтому он почти сразу вернулся, наспех вытерся, сунул ноги в
  шлепанцы.
   - Не хочешь переодеться? - спросил Глеб.
   - Так дойду. До корпуса два шага. Они уже почти подошли к дверям корпуса,
  когда Арсюша посмотрел на руку и охнул:
   - Глебушка, ты часы мои клал в пакет?
   - Нет. Я их вообще не видел.
   - Ну все! Я их забыл там, на пляже.
   Арсюша очень дорожил своими первыми в жизни часами. Мама подарила их ему
  на десятилетие. Они были с будильником и с крошечным калькулятором. Он
  побежал на пляж сломя голову, а Глеб остался ждать на аллее. Арсюша
  отсутствовал довольно долго, и он решил пойти за сыном, помочь искать часы.
   Арсюша стоял и смотрел на море. Часы красовались у него на руке.
   - Глебушка, - сказал он тихо, - смотри, там пустой матрац плавает.
   Полковник увидел за буйками пустой матрац Матвея. Оглядевшись, он заметил
  на лежаке знакомую пляжную сумку. Самого Моти нигде не видно.