лазах у нескольких
  десятков отдыхающих, а мы с тобой, два полковника, ну ничего не знаем.
   - И не говори, - согласился Константинов, - действительно, ужас.
  
  Глава 19
  
   К полудню городской рынок превращался в гудящее, орущее, бурлящее, как
  кипяток, человеческое море. Совсем близко светилось на солнце море,
  настоящее, спокойное и прохладное. А здесь, на рынке, жара казалась
  нестерпимой, хотелось вырваться из толкучки и убежать на пляж.
   Крепко держа Арсюшу за руку, полковник Константинов шел вдоль
  бесконечного мясного ряда, где были разложены дымящиеся ломти еще теплой
  красной говядины, розовой свинины и темно-вишневой баранины. На крюках
  висели бледные молочные поросята и синеватые кролики с неободранными
  пушистыми лапками.
   - Глебушка, пойдем отсюда, пойдем на пляж! - канючил Арсюша.
   - Ты же хотел домашней колбасы, давай уж купим. Обидно полчаса здесь
  протолкаться и уйти с пустыми руками.
   Продавцы громко зазывали всех проходивших мимо и потряхивали тяжелыми
  кусками мяса над прилавками.
   - Я уже не хочу никакой колбасы, - ворчал мальчик, - я лучше
  вегетарианцем стану.
   Полковник нес два тяжелых пакета с фруктами, пот лился градом, тонкая
  рубашка промокла насквозь.
   - Давай хотя бы сала купим, хорошего деревенского сала, розового, с
  прожилочками, - уговаривал он.
   - Мама говорит, сало есть вредно.
   - Для мамы вообще все вредно. Ты же у нас не балерина.