орот санатория остановилась черная "Тойота". Номер я не
  разглядела, не обратила внимания. Не видела четко я и пассажирку на переднем
  сиденье, но сейчас, из-за записки, вспомнила: там находилась молоденькая
  девушка с темными волосами. Худенькая. Не скажу, что та самая, но не
  исключено. Человек, выскочивший из "Тойоты", седой, высокий, красивый, лет
  сорока-сорока пяти. Он очень спешил, вбежал в проходную санатория. Потом
  меня отвлекли покупатели, а когда они отошли, "Тойота" уже уехала. Не стало
  и еще одной машины - зеленой "Нивы". А перед этим она стояла у ворот около
  получаса, в ней сидели, не выходя, пятеро мужчин. Еще слышался долгий
  громкий сигнал, но какая именно машина сигналила, я не видела. Записка
  выпала из сумки у дамы, покупавшей у меня орехи, написал ее вахтер, а
  информацию просил передать для вас тот самый седой человек. Уф-ф, - Тамара
  Ефимовна перевела дух, - надеюсь, я ничего не забыла.
   - Цены вам нет, Тамара Ефимовна! - полковник поцеловал "ореховой бабушке"
  руку.
   Из номера они вышли вместе. "Ореховая бабушка" направилась вниз по
  лестнице, а полковник подошел к столику дежурной по этажу, поднял телефонную
  трубку и, набрав несколько цифр, произнес:
   - Эпсилон-семь. Узнайте в аэропорту, улетели сегодня в Москву Ревенко
  Вадим Николаевич и Кузьмина Мария Львовна. Нет. Ждать я не могу. Свяжусь с
  вами через десять минут.
   Через десять минут он уже входил в штаб округа и узнал, что