в мягкие ткани бедра. Но у девчонки ноги такие худые,
  широкие шорты кончаются чуть выше колена. Куда же стрелять?
   За долю секунды до того, как Ахмеджанов, державший перед собой Машу,
  намеревался скрыться в зарослях ежевики, младший лейтенант Игорь Захарченко
  успел пальнуть из пистолета в широкий раструб шортов-бермудов.
   Дернувшись, Маша сильно заехала Ахмеджанову головой по носу. От
  неожиданности хватка чеченца ослабла, Маша успела скользнуть вниз. Лезвие
  содрало кожу на шее и под подбородком, но ей показалось, будто оно вошло
  глубоко в горло. Падая на мокрую траву, чувствуя, как горячая липкая кровь
  течет за ворот майки, она подумала, что умирает.
   - Игорь! Свяжись с капитаном! Вызывай ребят! Посмотри, что с ней, -
  прокричал Константинов, бросаясь в кусты за скрывшимся Ахмеджановым. - Коля!
  Ты за мной! Игорь, останешься с ней! - командовал он, стреляя по кустам на
  бегу.
   Где-то вдалеке, как сквозь вату, Маша услышала треск автоматной очереди.
  Потом стало тихо.
   Игорь Захарченко, стоя на корточках, одной рукой держал переговорное
  устройство, другой перевернул на спину неподвижно лежавшую девчонку.
  Разговаривая со своим командиром, он думал о том, как хорошо, что не ему
  придется сообщать родителям этой Кузьминой Марии о смерти их
  девятнадцатилетней дочери. Это самое страшное - сообщать родителям, что их
  ребенок погиб. Еще он размышлял об операции, начавшейся так удачно, а теперь
  почти