.
   Послышались голоса и шаги. В палатку заглянул Константинов.
   - Ну что, товарищ полковник, не поймали? - спросил фельдшер.
   - Нет, Василич, - вздохнул Константинов, - не поймали.
   - А тех, троих? Вы заходите, чайку попейте с нами.
   - Спасибо, Василич. От чайку не откажусь. Из тех троих одного уложили,
  другого взяли живым, а третий ушел.
   - На базу-то скоро полетим? - спросил Василич, подавая полковнику кружку
  с чаем.
   - Через час-полтора. Как вертолеты вернутся. Слушай, Василич, вот ты тут
  сидишь, чаи распиваешь. А там старлей руку ободрал до мяса. И керогаз твой
  коптит, - заметил полковник, - ты бы вышел, помазал старлея йодом и примус
  успокоил бы свой.
   - Ладно, понял, - Василия, кряхтя, поднялся и вышел из палатки.
   - Ну что, Мария Львовна, - Константинов пристально взглянул на Машу, - и
  не жаль вам синеглазой корреспондентки газеты "Кайф" Юлии Ворониной? На нее
  розыск объявлен, поймают, обвинят в убийстве кандидата в губернаторы. Во
  всяком случае, заподозрят.
   - Юля Воронина никого не убивала, - тихо сказала Маша, - она только
  подкинула чеченской марионетке кассету, на которой он сам был заснят.
  Помните, как в финальной сцене "Гамлета": "Ступай, отравленная сталь, по
  назначению!" Юля Воронина только прилепила лейкопластырем кассету к крышке
  унитазного бачка в индивидуальном сортире в офисе Иванова. А чеченцы нашли и
  убили Иванова.
   - Я не сомневаюсь, что вы, Машенька, станете знаменитой актрисой,