сообщил он, - перелома нет. Присев на корточки перед
  мальчиком и глядя ему в глаза, он произнес:
   - Сейчас я сделаю тебе укол. Будет немного больно. Но ты потерпишь.
  Придется потерпеть всего несколько секунд, зато потом сразу все пройдет.
  Хорошо?
   - Хорошо, - еле слышно отозвался Арсюша, - я потерплю.
   Константинов сразу узнал этого человека. Перед ним стоял Вадим Николаевич
  Ревенко, лучший хирург области, секретоноситель, с которым необходимо
  вступить в контакт в ближайшее время, не засветив ни его, ни себя. Последняя
  реальная возможность добраться до Ахмеджанова...
   В руках Ревенко появился одноразовый шприц с Длинной иглой, надломленная
  ампула новокаина.
   - Пожалуйста, держите ребенка, - тихо сказал он Глебу, - вот так, чтобы
  не дернулся. Как тебя зовут? - обратился он к мальчику, протирая спиртом
  кожу вокруг плеча.
   - Арсений...
   - Хорошо, Арсюша. Ты молодец, ты просто герой. Сколько тебе лет?
   Длинная игла вошла глубоко, до самой кости.
   - Десять...
   - Ну вот и все, - быстрым движением Ревенко вытащил иглу, приложил к
  уколотому месту вату со спиртом, - сейчас ты вообще ничего не почувствуешь.
  Ты ездил смотреть обезьянник?
   Арсюша кивнул.
   - Ну и как? Ты там был в первый раз?
   - В первый. В Москве обезьяны лучше живут. Арсюшины щеки чуть порозовели.
   - Ты из Москвы?
   - Да. Я здесь отдыхаю с мамой и Глебом. Мама на экскурсию не поехала, ее
  укачивает в автобусе. Ох, если бы она видела...