, как
  крепкая кислота. И третий хозяин поил тем же. Иван привык. Он даже сам стал
  просить - у четвертого хозяина. Он уже не говорил тогда, просто показывал
  знаками, мычал, складывал ковшиком ладонь, подносил ко рту, шумно втягивал
  воздух, потом хлопал себя по голове и закрывал глаза. Хозяин понимал,
  смеялся, но черной отравы не давал. Давали тем, кто способен убежать. Иван
  уже не мог. Для побега надо не только держаться на ногах, но и думать - хоть
  немного.
   Зачем же он сейчас так старается думать? Убежать он больше не в
  состоянии. Но Андрюха жив. Он должен что-то сделать для Андрюхи. Это очень
  важно. Не воды принести, не полы помыть. Что-то совсем другое. Но что
  именно, он пока не понимал. И главное, не знал - зачем. Только чувствовал -
  это очень важно.
   Так и пролежал он остаток ночи с открытыми глазами. Он глядел на четкие,
  холодные полосы лунного света, напрягал обугленный мозг, изо всех сил
  стараясь думать.
  
  Глава 6
  
   "Переводы идут примерно сутки, - спокойно рассудила Маша, - значит,
  завтра к вечеру я деньги получу. В крайнем случае послезавтра утром.
  Четыреста - это как раз на самолет. Остаток возьму у хозяйки, пусть только
  попробует не отдать! Я же улетаю, а там заплачено еще за девять дней. Пусть
  вернет хотя бы за неделю. Да, я улетаю! И прощай, курортный город, с твоими
  липкими придурками! Жалко Саню. Аппендицит - это очень больно".
   Телеграф находился рядом с переговорным пунктом,