илами -- Фири ведь был здесь почти национальным героем. Они так же, как и
  мы, заинтересованы выяснить, что произошло с "Лакс" и зондом. Если ты
  спросишь,-- продолжал он,-- почему НСГИ вмешивается во всю эту историю
  вместо того, чтобы спокойно заниматься своими проектами, предоставив
  возможность распутать этот клубок супершпионам Агентства национальной
  безопасности, я тебе скажу -- дело в Ханневелле. В течение многих лет
  Ханневелл сотрудничал с исследователями Фири, помогая им своими знаниями о
  последних достижениях в области зондирования. Именно он разработал процесс
  действия селтиния-279. Только он знал точно, как выглядит зонд, и только он
  безопасно мог разобрать его.
   -- Теперь понятно, почему Ханневелл должен был первым вступить на борт
  этого корабля.
   -- Именно, первым. Селтиний в чистом виде очень нестабилен. При
  определенных условиях он может взорваться с силой, равной пятидесятитонной
  фосфатной бомбы, но со свойственными только ему характерными особенностями.
  Селтиний взрывается очень медленно, сжигая все дотла на своем пути. В
  отличие от обычных взрывов, скорость его распространения очень мала. Она
  составляет примерно шестьдесят миль в час.
   -- Значит, мои предположения об огнемете отпадают. Это зонд взорвался и
  превратил "Лакс" в вечный огонь?
   Сандекер кивнул.
   -- Ты почти прав.
   -- Но это означает, что зонд разрушен?
   Сандекер снова кивнул, добавив:
   -- Все это --