а, чтобы одолеть это, честь им.
   - Монополия плоха сама по себе, -- отозвался Лилли. -- В число
  руководства этого синдиката, как нам удалось выяснить, входят двенадцать
  наиболее богатых людей Запада. И каждый из них имеет финансовый контроль над
  исследованиями природных ресурсов и такие длинные щупальца, которые
  распространяют сферу своего влияния более чем на двести промышленных
  предприятий.
   Лилли помолчал, глядя на Питта.
   - Создав монополию, они смогут контролировать цены на медь, алюминий,
  цинк и другие металлы. Возникшая инфляция разрушила бы экономику более чем
  тридцати государств, и в первую очередь Соединенных Штатов.
   - Можно не продолжать. Однако, если это случится, то затронет и их
  финансовые империи.
   Лилли улыбнулся и кивнул.
   - В этом-то вся и хитрость. Эти люди -- Ф. Джеймс Келли из США, сэр
  Эрик Маркс из Великобритании, Роже Дюпуа из Франции, Ханс фон Хаммель из
  Германии, Ибан Махани из Ирана и другие -- все они преданы своим странам.
  Каждый из них может крутить-вертеть с налогами, но ни один из них не пойдет
  на то, чтобы поставить свою страну на грань экономической катастрофы.
   - В чем же тогда их цель?
   - Вот этого мы и не знаем.
   - А связи Рондхейма?
   - Ничего, кроме интереса к Керсти Фири и ее глубоководным
  исследованиям.
   Наступило длительное молчание. Затем Питт медленно проговорил:
   - Тогда встает вопрос, как связать одно с другим? Какое отношение