лотить наполнявшую его ярость и изобразил на лице
  страх. Он решил, что ему надо притвориться полнейшей тряпкой и не
  сопротивляться, иначе Рондхейм в ярости убьет его. В этом состояла его
  единственная надежда на спасение.
   - Отпустите меня! Отпустите меня! -- высоким голосом закричал он.- Что
  вы хотите? Что я вам сделал?
   Его рот конвульсивно вздрагивал на искаженном лице.
   - Я врал, что я взорвал ваш корабль. Я и не видел его в тумане. Я
  клянусь... Вы должны мне поверить!..
   Телохранители Рондхейма переглянулись и обменялись презрительными
  усмешками. Сам Рондхейм с отвращением посмотрел на Питта.
   - Хватит, -- закричал он внезапно, -- хватит распускать слюни. Я ни
  минуты не верил, что такой, как ты, мог уничтожить и корабль, и команду.
   Питт дико оглянулся вокруг, в его глазах отразился слепой ужас.
   - У вас нет... нет причины убивать меня. Я никому ничего не скажу.
  Пожалуйста! Поверьте мне! -- Он умоляюще протянул к Рондхейму руки.
   - Стой где стоишь!
   Питт похолодел. Однако задуманный им план начинал работать. Теперь он
  надеялся только на то, что Рондхейм быстро устанет избивать не защищающуюся,
  не сопротивляющуюся жертву.
   - Майор Военно-Воздушного Флота Соединенных Штатов, -- передразнил
  Рондхейм.- Держу пари, что ты -- всего лишь бесхребетный гомосексуал. Но
  ничего, сейчас ты узнаешь, как чувствовать боль от рук и ног другого
  мужчины. Жаль только, что у тебя никогда не будет