ла введена большая доза нембутала,
  а потом бесстрастно и методично он и его подручные брали каждого и ломали
  ему кости, чтобы создать видимость, что это произошло в результате
  авиакатастрофы.
   Питт пристально посмотрел на Лилли, но ничего не сказал. Мысли путались
  в его голове: неверие сменялось желанием разобраться в происшедшем. То, что
  говорил Лилли, было слишком ужасным, слишком чудовищным, чтобы поверить в
  это.
   - Боже, это невозможно, -- простонал он.- Это похоже на какой-то
  безумный кошмар.
   - Ничего безумного, -- уверил его Лилли. -- Это обычный метод Келли и
  Рондхейма.
   - Откуда вы знаете?
   - Откуда? Я был одним из последних, кому вводили наркотик. Я слышал,
  как Келли объяснял Марксу, что вся эта чудовищная трагедия была просчитана
  компьютерами "Хермит лимитед".
   - Но зачем? Зачем такая жестокость? Келли мог просто посадить нас на
  другой самолет и отправить его прямо в океан -- никаких следов и никакой
  надежды на спасение.
   - Компьютеры оперируют только холодными фактами, -- проговорил Лилли.
  -- Люди, находящиеся здесь, в своих странах имеют значительный вес. Вы же
  были на вечере у Рондхейма и слышали, как Келли объяснял, почему они должны
  умереть. Их смерти -- это диверсия, необходимая, чтобы выиграть время и
  занять первые полосы газет сообщением о катастрофе, тогда как "Хермит
  лимитед" начнет свои операции, не опасаясь международного вмешательства.
   Глаза Питта сузились.