-- Почему ты ничего не сказал там, в овраге? Господи, я ведь и
  представления не имел, что у тебя сломаны ребра!
   -- Это ничего не меняло. Я был единственным, кто мог идти. И потом: мне
  всегда удавалось выкарабкаться, когда у меня была хорошая компания.
   Лилли улыбнулся.
   -- Компания у тебя была отличная.
   -- Как спина? -- спросил его Питт.
   -- Моему телу придется побыть в этом жалком состоянии гораздо дольше,
  чем мне хотелось бы думать, но, в конце концов, когда все это отойдет, я
  вновь буду танцевать.
   Питт взглянул на Тиди. Ее лицо было бледно, из глаз готовы брызнуть
  слезы. Он все понял.
   -- Когда наступит этот великий день,-- сказал он, выдавливая улыбку,--
  мы устроим грандиозную вечеринку, даже если мне придется пить пиво твоего
  старика.
   -- Ну, я должен на это посмотреть.
   Сандекер прочистил горло.
   -- Хм... Хочу сказать, что мисс Ройял такая же хорошая сиделка, как и
  секретарша.
   Лилли сжал руку Тиди.
   -- Я бы ломал кости каждый день, если бы это означало встречу с таким
  человеком, как она.
   Наступила небольшая пауза.
   -- Мне кажется, нам пора идти,-- сказал Киппманн.-- Наш транспортный
  самолет уже готов.
   Питт наклонился и поцеловал Тиди, а затем пожал руку Лилли.
   -- Берегите себя. Я буду ждать приглашения.
   Он поднял руки вверх и беспомощно пожал плечами.
   -- Одному Богу известно, где я смогу еще встретить человека, у которого
  такое же разбитое лицо.
   Тиди рассмеялась. Он сжал ее