красного платка, обвязывавшего голову,
  холодные серо-голубые глаза гневно сверкали, вокруг рта залегла глубокая
  складка -- его планы были сорваны. Он увидел комичную фигуру того, кто так
  бесстрастно убил двух его товарищей. Голос его был металлическим.
   -- Кажется, я ваш пленник?
   Но Питт не поддался на уловку. Он знал, что слова -- лишь простая
  увертка, ловушка для прикрытия молниеносных движений, которые непременно
  последуют. Этот голос принадлежал страшному человеку, и он играл по высоким
  ставкам. Но Питт вдруг стал обладать чем-то большим, чем оружие,-- он
  почувствовал прилив сил, которые волной распространились по всему телу. Он
  улыбнулся.
   -- А-а! Так это вы, Оскар!
   Питт сделал многозначительную паузу, наблюдая за Рондхеймом, как кот за
  мышью. Исполнительный директор "Хермит Лимитед" был буквально на кончике
  ножа. Питт сбросил резиновую волчью голову. Лицо Рондхейма оставалось
  неподвижным и жестоким, но глаза выдавали полное недоумение. Питт внутренне
  готовился к моменту, который он представлял много раз, но так и не знал: как
  же все это произойдет на самом деле? Медленно, одной рукой он снял повязку,
  марля небольшой кучкой свалилась на пол. Закончив, он посмотрел Рондхейму
  прямо в глаза и сделал шаг назад. Губы Рондхейма вопросительно застыли, а
  вся его фигура выражала полное непонимание.
   -- Вы не можете вспомнить лицо, Оскар?-- произнес спокойно Питт.-- Это
  неудивительно. Ведь вы совсем