ках. А каков вы один, Оскар, без ваших
  платных мордоворотов, готовых разорвать на куски свою жертву? У вас есть еще
  время избежать этого. Ваш шанс на свободу -- пройти мимо меня. И в этом вся
  загвоздка.
   Рондхейм оскалился.
   -- Мне не нужен никто, Питт, чтобы уничтожить вас. Единственное, о чем
  я сожалею, что у меня нет времени, чтобы растянуть вам ощущение невыносимой
  боли.
   -- Отлично, Оскар. Слишком много психологического давления,-- спокойно
  сказал Питт. По правде сказать, он все еще был очень слаб и чертовски устал,
  но что-то большее, чем внутренняя мобилизация сил, заставляло его забыть о
  боли. Невидимое присутствие Лилли, Тиди, Сэма Келли, Ханневелла и других,
  кто стоял за ним, придавало ему силы, которых он никогда не нашел бы в себе
  в одиночку.
   Какая-то неуловимая улыбка мелькнула на лице Рондхейма, когда он встал
  в начальную стойку каратэ. Но она тут же исчезла. Питт обрушил на Рондхейма
  точно рассчитанный удар справа, от которого голова "пирата" дернулась и
  завалилась в сторону. Он пошатнулся и прижался к основной мачте корабля.
   В глубине души Питт понимал, что у него мало шансов одолеть Рондхейма в
  длительной схватке, что он не сможет вывести из строя своего противника
  более чем на несколько минут. Он сделал ставку на неожиданность, что давало
  ему преимущество, прежде чем удар каратэ вновь превратит его лицо в кровавое
  месиво. Но это преимущество было небольшим.
   Рондхейм был невероятно крепким. Он быстро