рии Григорьевне казалось, что все слышат, как в невыносимой тишине
  громче настольных часов, громче голоса диктора стучит ее старое, больное
  сердце.
   А голос из телевизора увеличивал напряжение и без того до предела
  наэлектризованной атмосферы:
   - Сейчас вы станете свидетелем убийства!.. Павел Николаевич посмотрел
  долгим взглядом на Марию Григорьевну и, собрав всю волю, всю решимость,
  сделал глубокий вдох и потянулся к телефону.
   - Смотрите! - сказал диктор. - Этот человек смачивает волосы водой, а это
  убийство для волос!..
   В ту же секунду рыльце "кольта" плюнуло коротким пламенем.
   - Всегда пользуйтесь бриллиантином "007"!..
   Пуля ударила Гринева в грудь, свалила его в кресло. Он упал с
  перекосившимся лицом, судорожно схватился рукой за грудь. Вторая пуля попала
  чуть выше сердца, размозжила аорту. Плотное тело Гринева подскочило и
  замерло. Смерть, наступившая мгновенно, застеклила глаза.
   Дуло "кольта" дернулось в сторону застывшей от ужаса Марии Григорьевны,
  снова плюнуло огнем.
   Мария Григорьевна медленно сползла на пол. Глаза ее закатились.
   Убийца метнулся к открытому сейфу, стал запихивать в карманы чековые
  книжки, какие-то тетради, конверты.
   В этот момент резко зазвонил на столе телефон. Убийца вздрогнул и
  повернулся к телефону так круто, что с него едва не соскочила шляпа.
  Беззвучно выругавшись, он бросился к окну, но затем, словно вспомнив о
  чем-то,