ебятам - штрейкбрехерам.
   Рэду, Баззу и Одноглазому тоже хотелось встретиться со старым приятелем и
  собутыльником - Лефти Лешаковым. Они выволокли Джина из машины и поспешили с
  ним за вожаком. Из всех машин высыпали "гориллы" и направились за ними.
   - Тут у кубинцев, - сказал Орландо, почесывая лошадиную челюсть дулом
  автомата, - давно отключили ток. Скажите им, босс, чтобы они подогнали сюда
  машины и зажгли фары, а то тут темно, как у негра в желудке.
   По команде Красавчика автомобильные фары залили светом весь двор. Орландо
  усмехался. Стреляный волк железобетонных джунглей Нью-Йорка, он помнил
  знаменитые "войны банд", помнил доброе старое время, когда по таксе
  синдиката убийц исполнитель получал по семьдесят пять долларов за голову.
   Он подошел к большому ящику, наполовину залитому цементом. Рядом стоял
  грузовик с пузатой белой цистерной, на которой темнела надпись: "Цемент".
  Конец толстого гофрированного шланга тянулся от цистерны к ящику. Двор был
  залит затвердевшим цементом.
   - Вот он, Лефти Лешаков, - сипло сказал Орландо, ткнув дулом автомата в
  ящик.
   Через головы и плечи "горилл" Джин увидел в свете фар наполовину
  погруженное в застывший цементный раствор тело Лефти Лешакова. Труп лежал
  лицом кверху. По лицу ползали жирные мухи. Лицо
   Лефти, по уши залитое цементом, давно превратилось в окаменевшую смертную
  маску, в каждой морщине которой кричал животный ужас.
   И еще увидел Джин выколотые