ной ротой и благодаря
  службе в армии дяди Сэма завоевал право стать полноправным гражданином
  Соединенных Штатов Америки, о чем он мечтал еще со дней агонии "третьего
  рейха".
   Лот был на целый десяток лет - и каких лет! - старше Джина, что не
  помешало им быстро сблизиться.
   - Ты удивительно молод душой, ни в чем от меня не отстаешь, - бывало,
  говорил Джин другу в Лондоне.
   - Война отняла у меня юность, - отвечал Лот Джину. - Вот я и спешу
  наверстать упущенное.
   В Лондоне Джин и сделал своим кумиром коммодора Джеймса Бонда. Он и
  теперь не стеснялся своего несгораемого и непотопляемого героя. Кто в
  Америке не знает, что Бонда любил даже сам президент Джей-Эф-Кей (Джон
  Фитцджералд Кеннеди). Он отдавал на досуге предпочтение книжкам создателя
  Бонда, англичанина, бывшего морского офицера Яна Флеминга, не принимая его,
  разумеется, всерьез. Джеймс Бонд для президента и молодого врача был тем же,
  что Фантомас для французов, Супермен и Бэтмен для американских тинэйджеров.
   Джин не пропускал ни одной книжки Яна Флеминга, ни одного бондовского
  кинобоевика продюсеров Зальцмана и Брокколи. Он даже купил себе мужской
  туалетный набор, названный "007, в честь секретного агента 007 на службе ее
  величества королевы Великобритании, носил только вязаный галстук из черного
  шелка, покупал одежду и обувь лишь в самых лучших лондонских магазинах и шил
  костюмы только у лондонских портных на Риджент-стрит.