оропливо надел пиджак, причесался.
   Приятели по университету, эти нечесаные, бородатые интеллектуалы, всегда
  немного потешались над его комильфотностью и тренингом, над его
  приверженностью к высшим стандартам "америкэн уэй оф лайф" - "американского
  образа жизни".
   Ну что ж, битники-мирники, циники-мистики, вам кажется, что жизнь - это
  сидение в кафе и пустопорожняя болтовня об Аллене Гинзберге и индийских
  ритуалах? Вы еще не получали любезных писем с предложением выпустить кишки?
   Господин Врангель, милостивый государь, ваше благородие, не волнуйтесь -
  еду!
   Догорающий, но все еще огромный закат смог преобразить даже унылые
  закопченные дома южной части Третьей авеню с их бесчисленными железными
  лестницами на брандмауэрах.
   Мрачным колдовским огнем горели окна обывательских жилищ, а пестрое
  бельишко, трепещущее на большой высоте, казалось зашифрованным сигналом об
  опасности.
   Джин поставил машину метрах в ста от дома ј 84. Улица была пустынна. Лишь
  ряды бесчисленны" потрепанных автомобилей с кровавыми от заката стеклами
  стояли вдоль нее. Проехал негр-мороженщик в фургончике с колокольчиками.
   Крепко стуча каблуками по асфальту, Джин направился к цели. Он не
  оглядывался по сторонам, не крался, шел спокойно и открыто, но в то же время
  был готов в любой момент упасть на землю, броситься в ближайший подъезд,
  укрыться за любой машиной, открыть огонь.
   Дверь, возле которой он нажал