ыми глазами.
   "Неужели эта тварь так искусно притворяется? А что, если..."
   - Ты здесь одна? - резко спросил он и приподнялся с кресла.
   Девушка от испуга чуть не выронила чашку, обожгла себе пальцы.
   - Что с вами, Джин?
   Скрипнула дверь. Джин отпрянул к стене, сунул руку за пазуху.
   Вошла дама средних лет, в которой, несмотря на весь нью-йоркский антураж,
  опытный взгляд сразу бы разглядел русскую или украинку из ди-пи -
  перемещенных лиц.
   - Китти, у нас гости? - спросила она по-русски.
   - Мамочка, это Джин Грин из папиной фирмы. Папа назначил ему встречу,
  должно быть, скоро приедет, - залепетала девушка, зашла за спину матери и
  оттуда сделала гостю несколько жестов типа "с ума сошел", "как не стыдно",
  "нахал".
   - О, как приятно! Что же вы вскочили? Садитесь, пожалуйста, - заговорила
  дама на чудовищном английском.
   В передней раздался звонок.
   - Папа! - вскричала Катя и бросилась вон из комнаты.
   "Досадно, что при Кате", - вдруг подумал Джин, но тут же отбросил эту
  нелепую мысль, расслабил мускулы, положил ногу на ногу, а руку приблизил к
  левому плечу.
   В передней раздавался какой-то радостный визг, послышался звук поцелуя...
   - Мама, смотри, кто к нам пришел! Дядя Тео! - и с этим криком Катя
  втащила в комнату пожилого мужчину.
   Дядя Тео был совершенно квадратен, покрытая нежным пухом массивная голова
  росла прямо из плеч. Ему было страшно тесно в воротничке, и он все время
  задирал