ками под водой, но та никак не прореагировала. Аллигатор медленно погрузился в воду, так что над поверхностью остались только глаза, потом сделал рывок вперед, по направлению к ним, и исчез под черной водой.
   Нейт выдернул ноги из стремян и подтянул колени к груди, балансируя в седле. Мальчики, захихикав, обменялись какими-то репликами. Нейту было все равно.
   Наконец самое глубокое место осталось позади, вода опустилась сначала лошадям по грудь, потом до колен. Очутившись снова на более или менее сухом месте, Нейт вздохнул с облегчением, потом рассмеялся: то-то будет смеху, когда он расскажет об этом дома. У него были друзья, любившие отдыхать в экстремальных условиях, - альпинисты, любители сплавляться в резиновых лодках по бурным речным порогам, наблюдать за гориллами в естественной среде их обитания, участвовать в сафари. Они всегда старались поразить остальных рассказами о своих смертельно опасных приключениях в неизведанных уголках мира. Если бы их занесло в экологический заповедник Пантанал, да к тому же за десять тысяч долларов, они с радостью вскочили бы на пони и потащились через эти топи, всю дорогу фотографируя змей и аллигаторов.
   Поскольку реки все не было видно, Нейт решил, что пора возвращаться. Он показал на часы, и Луис повернул кавалькаду назад.
  
  ***
  
   Наконец удалось связаться с командующим базой. Они с Жеви минут пять предавались воспоминаниям - говорили о местах, где служили, общих знакомых. Между тем индикатор батарей мигал все чаще, что свидетельствовало о том, что они стремительно разряжаются. Нейт указал на это Жеви, и тот, спохватившись, стал быстро объяснять офицеру, что их последняя надежда - армейский вертолет.
   Никаких проблем. Машина на старте, экипаж - в боевой готовности. Насколько серьезно они пострадали?
   - Главным образом психологически, - ответил Жеви, глядя на Милтона.