что весь взмок от пота. Тогда, собрав кучу справок Джоша, прихватив жидкость, отпугивающую насекомых, и фонарь, он осторожно выбрался на нос судна, оттуда - на капитанский мостик, где за штурвалом, сменив отдыхающего Жеви, стоял Уэлли. Опрыскав руки и ноги противомоскитным средством, Нейт забрался в гамак и стал вертеться, выбирая удобное положение. Когда ему это удалось и гамак стал размеренно покачиваться в такт движению "Санта-Лауры", Нейт включил фонарик и снова принялся читать.
  
  Глава 18
  
   Вообще-то слушания по поводу оглашения завещания - дело несложное, но в данном случае существенное значение имели детали. В течение всех рождественских каникул Ф. Парр Уиклифф не мог думать ни о чем ином. Все сидячие места в зале суда будут заняты, и еще втрое больше зрителей останутся стоять, подпирая стены. Он так волновался, что накануне слушаний весь день ходил по залу судебных заседаний, прикидывая, кого куда посадить.
   Пресса, разумеется, как всегда, вела себя разнузданно.
   Тележурналисты хотели присутствовать в самом зале, он решительно отверг это требование. Тогда они предложили разместить камеры в коридоре, чтобы можно было снимать через стеклянные окошки в дверях. Этого он тоже не разрешил.
   Газетчики намеревались сами выбрать себе места в зале, Уиклифф отказал и в этом. Они просили его об интервью, но до поры он хранил молчание.
   Адвокаты также капризничали. Одни желали, чтобы слушание было совершенно закрытым, другие по понятным причинам требовали пригласить телевидение. Одни настаивали на том, чтобы до утверждения завещание хранилось за семью печатями, другие - чтобы им по факсу прислали копии для детального ознакомления. Они дергали Уиклиффа, передавали требования посадить туда-то или туда-то, выражали озабоченность тем, кого допустят в зал, а кого нет.
   Уиклифф прибыл на службу рано утром. На этот день