или наконец занять место.
   Слушания были назначены на десять, но уже к девяти в коридоре перед залом собралась приличная толпа. Охрана наслаждалась обысками и бумажной волокитой. Очередь выстроилась через весь коридор.
   Некоторые адвокаты родственников Филана, рассчитывавшие сразу же проникнуть в зал, пришли в страшное раздражение из-за задержки. Грубости сыпались как из рога изобилия; адвокаты и судейские помощники обменивались оскорблениями. Послали за Уиклиффом, но тот надраивал туфли и не желал, чтобы его беспокоили. Кроме того, словно невеста перед венчанием, он не хотел, чтобы гости увидели его до начала заседания. Наконец наследникам и адвокатам разрешили пройти без очереди, и это немного разрядило обстановку.
   Зал суда постепенно заполнялся. Столы были расставлены в форме буквы U, кресло судьи находилось в ее разъеме, чтобы его честь мог, сидя на своем насесте, обозревать всех присутствующих: адвокатов, наследников, зрителей.
   Стулья, расставленные слева, перед столом присяжных, предназначались для Филанов. С краю должен был сидеть Трой-младший, рядом - Бифф. Там они и поместились. Оба шепотом переговаривались с тремя из множества своих поверенных и отчаянно старались принять скорбный вид и при этом полностью игнорировать всех остальных. Бифф была вне себя, потому что охрана отобрала у нее сотовый телефон и она не могла прямо здесь заниматься продажей недвижимости.
   Следующее место предназначалось для Рэмбла. Ради такого случая он не стал специально заниматься прической.
   Однако его волосы сохранили темно-зеленый окрас - он не Мыл их недели две. Кольца победно сияли у него повсюду - в ушах, в носу и на бровях. Черная кожаная безрукавка позволяла любоваться татуировкой, коей были изукрашены его тощие руки. Рваные джинсы, старые грубые ботинки, уверенный вид. Следуя по проходу, он ловил на себе любопытные