и девятнадцать дней назад.
   Никто не мог отвести взгляда от папки. Никто, кроме Рэмбла. По виргинским законам наследники имели право сразу получить деньги в соответствии с предварительным распределением наследства, если таковое являлось ликвидным и сомнений в уплате долгов и налогов не возникало.
   Свои услуги филановские адвокаты оценивали в суммы от десяти миллионов с каждого наследника. Брайт рассчитывал получить пятьдесят, при том, что в жизни не видел больше пятидесяти тысяч одновременно.
   Ровно в десять помощники заперли двери, и по какому-то невидимому знаку в этот самый момент из проема позади скамей в зале появился судья Уиклифф. Воцарилась мертвая тишина. Судья опустился в кресло - развевающаяся мантия плавно облепила его фигуру - и, улыбнувшись, сказал в микрофон:
   - Доброе утро.
   Зал ответил ему улыбками. К величайшему удовлетворению судьи, он был набит битком. Быстро скользнув взглядом по рядам, Уиклифф насчитал восемь вооруженных и готовых к исполнению обязанностей помощников, потом переключил внимание на Филанов: свободных мест в занимаемой ими части зала не оказалось. Кое-где их адвокаты сидели, прижимаясь друг к другу плечами.
   - Всели стороны присутствуют? - спросил судья, беря в руки бумаги. - Первое заявление было получено от Рекса Филана...
   Не успел он закончить фразу, как Хэрк Геттис вскочил с места и, откашлявшись, выпалил:
   - Ваша честь, я Хэрк Геттис, представляю интересы мистера Рекса Филана.
   - Благодарю вас. Можете сидеть. - Судья методично опросил всех сидевших за сдвинутыми столами наследников и их поверенных, а также прочих присутствующих адвокатов.
   Репортеры так же быстро, как и судья, строчили в блокнотах перечислявшиеся имена. Всего шесть наследников и три бывшие жены. Все были на месте.
   - Двадцать два адвоката, - подытожил Уиклифф. - Мистер Стэффорд,