азывают умственное расстройство.
   - Это мне известно, - оборвал его Снид.
   - Он был сумасшедшим?
   - Был или не был, мне это до лампочки. Я могу подтвердить и то и другое.
   Хэрку пришлось сделать паузу, чтобы подумать. Поглаживая щетинистую щеку, он уставился в стену.
   Снид решил помочь ему:
   - Я вот как все это вижу. Ваш парень вместе со своим братом и сестрами попал в переплет. Когда им исполнилось по двадцати одному году, каждый получил по пять миллионов, и мы знаем, что они сделали с этими деньгами. Поскольку они сидят по уши в долгах, у них нет выбора, кроме как опротестовать завещание. Но никакое жюри их не пожалеет. Они - свора жадных неудачников. Выиграть такое дело будет почти невозможно. Поэтому вы и остальные судейские крючки опротестуете завещание, устроите шумное представление, о котором напишут все желтые газетенки - речь ведь идет об одиннадцати миллиардах! - но, почти не имея шансов выиграть, постараетесь достичь досудебного соглашения.
   - Вы очень сообразительны.
   - Нет. Просто я наблюдал за мистером Филаном тридцать лет. В любом случае условия вашего договора будут зависеть от меня. Если мои воспоминания окажутся четкими и подробными, то мой старый хозяин может лишиться рассудка в момент написания завещания.
   - Значит, у вас память то появляется, то исчезает?
   - Моя память будет такой, какой я захочу, и меня освидетельствованию никто подвергать не станет.
   - Чего вы хотите?
   - Денег.
   - Сколько?
   - Пять миллионов.
   - Это много.
   - Это ничто. Я получу их либо с одной, либо с другой стороны. Мне все равно, от кого.
   - А где же я раздобуду эти пять миллионов?
   - Не знаю. Я не адвокат. Думаю, вы со своими дружками придумаете какой-нибудь грязненький план.
   Повисла долгая пауза. Хэрк обдумывал услышанное. У него была масса вопросов, но