х. Его устроили в кабинете ресторана отеля "Хэй-Эдамс". На столе стояли устрицы и яйца-пашот, икра и семга, шампанское и коктейли "Мимоза". К одиннадцати все были в сборе и тут же набросились на "Мимозу".
   Хэрк заверил их, что эта встреча чрезвычайно важна. Провести ее нужно в конфиденциальной обстановке, потому что он нашел свидетеля, который поможет им выиграть дело.
   Были приглашены только адвокаты детей Филана.
   Жены пока не опротестовали завещание, да и не особенно рвались сделать это. У них было слишком мало шансов на успех. Судья Уиклифф намекнул адвокату одной из бывших супруг Филана, что не расположен благосклонно смотреть на их участие в деле.
   Обоснованно или необоснованно, но шестеро детей, не теряя времени, опротестовали завещание. Все шестеро очертя голову бросились в драку, имея одинаковые претензии: подписывая последнее завещание, Трой Филан страдал душевным расстройством.
   На обеде было разрешено присутствовать не более чем двум адвокатам от каждого претендента на наследство, а лучше - по одному. Хэрк представлял Рекса в одиночестве.
   Уолли Брайт тоже был один, он защищал интересы Либбигайл. У Рэмбла вообще имелся только один адвокат - Йенси. Грит отстаивал позицию Мэри-Роуз. Миссис Лэнгхорн, бывший профессор юриспруденции, была адвокатом Джины и Коуди. Трой-младший после смерти отца успел сменить три юридические фирмы. Его теперешние поверенные работали в фирме, насчитывавшей четыре сотни сотрудников.
   Как новички в этом тесном содружестве, они представились:
   Хемба и Хэмилтон.
   Закрыв дверь, Хэрк коротко изложил присутствующим биографию Малколма Снида, человека, с которым встречался теперь чуть ли не каждый день.
   - Он служил у мистера Филана тридцать лет, - серьезно говорил Хэрк, - и, вероятно, помогал ему писать последнее завещание. Он, похоже, может засвидетельствовать,