остью.
   Прочитав все это, Дурбан сказал:
   - Мы можем никогда ее не найти. Там ведь нет ни телефонов, ни электричества; черт, чтобы добраться до этих людей, нужно пешком карабкаться через горы.
   - У нас нет выбора, - ответил Джош.
   - Мы уже связались с ВОМП?
   - Свяжемся сегодня.
   - И что ты скажешь?
   - Не знаю. Не заявишь же им, что мы ищем одну из их миссионерок, потому что та унаследовала одиннадцать миллиардов долларов.
   - Это без вычета налогов.
   - За вычетом тоже останется кругленькая сумма.
   - Так что же им сказать?
   - Мы скажем, что у нас как у юристов к ней неотложное дело. Абсолютно неотложное, и мы должны поговорить с ней лично.
   Один из бортовых факсов начал передавать сообщения.
   Первое было от секретаря Джоша, со списком поступивших в контору сегодня утром звонков - почти все от поверенных в делах наследников Троя. Еще два - от репортеров.
   В других факсах были результаты предварительных изысканий, проведенных сотрудниками Джоша по части законов Виргинии, имеющих касательство к делу. С каждой новой страницей, выползающей из факса, поспешно нацарапанное Троем завещание обретало все большую законную силу.
   Стюардессы подали легкий ленч, состоявший из сандвичей и фруктов, и снова удалились на кухню, откуда показывались лишь тогда, когда кофейные чашки Джоша и Дурбана пустели.
   В Джексон-Хоуле они приземлились в ясную погоду. Вдоль посадочной полосы громоздились сугробы. Спустившись по трапу и преодолев каких-нибудь восемьдесят футов, они пересели в "Сикорски-8-76С", любимый вертолет Троя, и через десять минут зависли над его обожаемым ранчо. Резкий ветер бросал вертолет из стороны в сторону. Дурбан побледнел. Явно нервничавший Джош медленно отодвинул дверцу, и ветер ударил ему в лицо.
   Пока он высыпал прах из маленькой черной урны, пилот кружил над