ных помещений и коридоров в кабинет, расположенный на верхнем уровне. Внизу я вижу библиотеку, здесь нет стен и закоулков, просто ряды книжных полок на открытой площадке. Какой-то одинокий ученый червь сидит за длинным столом, обложившись толстыми томами, погруженный в анализ противоречивых теорий и заключений.
   Кабинет Барри Экса длинный и узкий, с кирпичными стенами и скрипучими половицами, украшен паузными антикварными штучками и необходимыми для комфорта предметами.
   Мы обмениваемся рукопожатием и садимся.
   Он худощав, в хорошей форме, и я вспоминаю фотографии гимнастического зала, который мистер Лейк устроил в здании фирмы. Они были напечатаны в журнале. Есть у них и сауна с парилкой.
   Барри чрезвычайно занятой человек, которому очень нужно поскорее обсудить со своей группой стратегию дальнейших действий в подготовке к очень важному судебному процессу.
   Его телефон так расположен, что я могу видеть яростные вспышки непрерывных световых сигналов. Руки у него спокойны и неподвижны, но он не может удержаться от того, чтобы все время не посматривать на часы.
   - Расскажите о вашем деле, - предлагает он после краткого обмена приветствиями.
   - Оно касается отказа платить по страховому заявлению.
   Он уже смотрит на меня с подозрением, потому что на мне пиджак и галстук и я не похож на обычного клиента.
   - Ну, я, в сущности, ищу работу в вашей фирме, - заявляю я нагло. В конце концов он просто может выставить меня, и я ничего не потеряю.
   Барри строит гримасу и хватает листок бумаги. Опять чертова секретарша недосмотрела.
   - Я видел ваше объявление в "Ежедневном вестнике".
   - Так вы хотите быть помощником адвоката? - отрывисто спрашивает он.
   - Я мог бы им быть.
   - Что это означает?
   - Я три года проучился в юридическом колледже.
   Пять секунд он бросает на меня изучающий взгляд, а затем качает головой и смотрит на часы.
   -