ва вероятных несчастья. Первое: меня могут арестовать или причинить еще какие-нибудь гадости из-за пожара в конторе Лейка. И второе: я могу провалить экзамен на звание адвоката.
   Такие мысли заставляют меня качаться в гамаке почти до утра.
  
  ***
  
   Брюзер в конторе с самого утра. Глаза у него красные, он страдает от похмелья, но одет в свой лучший шерстяной костюм, на нем прекрасно накрахмаленная хлопковая рубашка, а на шее красуется дорогой шелковый галстук. Его волнистая шевелюра сегодня утром особенно тщательно вымыта и просто сияет.
   Он собирается в зал суда обсудить некоторые предложения по делу о провозе наркотиков. Он весь в движении. Нервы его напряжены. Меня требуют к нему, я останавливаюсь перед столом и получаю инструкции.
   - Ты хорошо поработал с ван Ленделом, - говорит он, роясь в груде бумаг и папок. Дрю что-то жужжит за его спиной, однако старается выдерживать безопасную дистанцию. Акулы смотрят на него голодным взглядом. - Несколько минут назад я говорил со страховой компанией. Страховка покрывает все несчастные случаи. И ясно, кто несет ответственность. Бедняга сильно пострадал?
   Вчера вечером я провел душераздирающий час в больнице с ван Ленделом и его женой. У них было много вопросов, а главное, их беспокоит, как много они могут получить. У меня мало ответов по делу, но я великолепно пользуюсь юридической терминологией.
   Пока они еще держатся за нас.
   - Сломаны нога, рука, ребра, очень много кровоподтеков. Лечащий врач говорит, что он пробудет в больнице десять дней.
   При этом сообщении Брюзер улыбается:
   - Не отступай и действуй. Вникай в подробности. Слушай, что говорит Дек. Может быть, сладится выгодное дельце.
   Выгодное для Брюзера, но мне ничего не перепадет. Этот случай не будет мне засчитан как гонорарный.
   - Полицейские хотят взять у тебя показания о пожаре, - бросает он, протягивая руку к папке. - Я общался с ними вчера