никак не могут решить, стоит ли попытать удачи со мной. В руках у женщины толстая папка, для сохранности перетянутая резинкой. Она что-то тихо бормочет, а муж качает головой, словно хочет сказать, что подождет кого-нибудь другого из этих молодых орлов-юристов.
   Но вот они встают и медленно направляются ко мне. Оба неотрывно смотрят мне в лицо. Я улыбаюсь. Добро пожаловать ко мне в приемную.
   Она садится на место мисс Берди, сбоку от меня. Он опускается на стул напротив и держится отчужденно.
   - Привет, - произношу я улыбаясь и протягиваю руку.
   Он вяло ее пожимает, и я протягиваю руку ей.
   - Меня зовут Руди Бейлор.
   - А меня Дот, а его Бадди, - говорит она, кивая на мужа и игнорируя мою протянутую руку.
   - Дот и Бадди, - повторяю я и начинаю записывать в блокноте. - А как ваша фамилия? - спрашиваю со всем благодушием опытного консультанта.
   - Блейк. Дот и Бадди Блейк. По-настоящему наши имена Марарайн и Уиллис Блейк, но все зовут нас просто Дот и Бадди.
   Волосы у Дот завиты в перманенте, вздыблены и серебрятся на макушке. Но вроде чистые. На ней дешевые парусиновые белые туфли, коричневые носки и большие, не по размеру, джинсы. Сама она худая, жилистая и довольно настырная.
   - Адрес? - спрашиваю я.
   - Восемьдесят три, Грейнджер-сквер.
   - Работаете?
   Бадди открыл было рот, но у меня впечатление, что уже много лет за них обоих говорит Дот.
   - Я получаю государственное пособие по нетрудоспособности, - отвечает она, - мне только пятьдесят восемь, но у меня плохо с сердцем. У Бадди пенсия, маленькая.
   Бадди только глазеет на меня. У него очки с толстыми стеклами и пластмассовыми дужками, которые едва достигают ушей. Щеки румяные и толстые, лохматые темно-каштановые волосы с проседью, такое впечатление, что он не моет их и одного раза в неделю. Рубашка в черно-красную клетку, напоминающая плед, еще грязнее, чем волосы.
   - Сколько