ний я восхваляю славные деньки моей учебы в колледже, пропуская некоторые важные обстоятельства. К примеру, что работал сорок часов в неделю, разнося пиццу в "Йогисе", лишь бы иметь возможность оставаться студентом.
   Она хочет узнать подробнее о моей фирме, и я вовсю фантазирую, расписывая Дж. Лаймена Стоуна и его контору. В этот момент за два столика от нас звонит мой телефон. Я прошу извинения и поясняю, что это из фирмы.
   Брюзер. Пьяный в стельку, он звонит из "Йогиса" вместе с Принсом. Их забавляет, что я на посту, в то время как они пьют и бьются об заклад по поводу всего, что в данный момент показывают по ящику или передают по радио. Такое впечатление, что там стоит нескончаемый гул.
   - Ну, как улов? - орет Брюзер в трубку.
   Я улыбаюсь Келли, на которую звонок несомненно произвел впечатление, и объясняю спокойно, насколько могу, что в этот самый момент веду разговор с одним из перспективных объектов. Брюзер хохочет и передает трубку Принсу. Тот еще пьянее и пересказывает без всяких знаков препинания шутку, которую только что отмочил адвокат, что-то насчет охоты за каретами "скорой помощи". А затем он опять бубнит насчет того, что, мол, говорил я тебе, как надо крепко держаться за Брюзера, и тогда он научит меня большему, чем пятьдесят профессоров. Его речь продолжается довольно долго, но тут появляется доброволец, чтобы отвезти Келли в палату.
   Я делаю несколько шагов к ее столику, закрываю рукой микрофон и говорю:
   - Я рад, что познакомился с вами.
   Она улыбается и отвечает:
   - Спасибо за напиток и беседу.
   - Завтра вечером? - спрашиваю я, а Принс что-то орет мне в ухо.
   - Может быть. - Тут она совершенно явно подмигивает мне, и у меня дрожат коленки.
   Однако ее сопровождающий, наверное, уже хорошо знаком со здешними нравами, чтобы распознать охотника за гонорарами. Он хмуро смотрит на меня и круто разворачивает ее кресло. Но она вернется.