вы можете отложить слушание ходатайства, - говорит судья.
   - Нет, сэр. Я готов его оспорить, - отвечаю я со всей внушительностью и твердостью, на которые только способен, и кладу свою папку на стол справа от себя.
   - А вы адвокат?
   - Э... я только что сдал экзамен.
   - Но лицензии вы еще не получили?
   Не знаю, почему я раньше не подумал об этом. Наверное, я так возгордился, что это обстоятельство совершенно выпало у меня из памяти. К тому же Брюзер ведь сам собирался выступить, позволив мне что-нибудь промямлить для практики.
   - Нет, сэр. На следующей неделе я присягаю на церемонии вручения лицензий.
   Один из моих противников так громко откашливается, что судья смотрит в его сторону. Я оборачиваюсь и вижу импозантного джентльмена в темно-синем костюме в тот самый момент, как он торжественно встает.
   - С позволения суда, - говорит он, как говорил уже тысячу раз, - для протокола: меня зовут Лео Ф. Драммонд из "Тинли Бритт", я выступаю как советник фирмы "Прекрасный дар жизни". - Он вещает сдержанно, солидно, и все это предназначено для ушей его давнего друга и йельского напарника. Стенографистка, запечатлев эти слова, возвращается к прерванному занятию - полировке ногтей. - Мы также возражаем против того, чтобы в деле участвовал этот молодой человек. - И он плавно простирает руки в мою сторону. Слова его медленны и весомы. И я уже ненавижу его. - Как! Он даже не получил еще лицензии.
   Я ненавижу его покровительственный тон, его глупую мелочность. Ведь это только слушание ходатайства, не само судебное заседание.
   - Ваша честь, я получу лицензию на следующей неделе, - упираюсь я. И то, что я злюсь, очень помогает говорить громко и твердо.
   - Но этого недостаточно, ваша честь. - Драммонд широко разводит руками, словно сама мысль выступать без лицензии невероятно комична. Внимание, надо сдерживать себя.
   - Ваша честь, я сдал экзамен.
   - Большое