Драммонда. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не показать Драммонду нос.
   Да, не всякий судья умоет так адвоката, разглагольствования которого стоят триста пятьдесят зеленых в час. Драммонд свирепо буравит взглядом Киплера, который, похоже, упивается своей победой.
   Однако Драммонд тертый калач, его легко не прошибешь. Он не позволит какому-то жалкому окружному судье вывести себя из равновесия.
   - Что ж, тогда я хотел бы приступить к рассмотрению нашего ходатайства о переносе слушания дела в федеральный суд.
   - Приступайте, - великодушно разрешает Киплер. - Только сразу ответьте: почему вы не пытались добиться переноса, пока дело находилось в ведении судьи Хейла?
   Ответ у Драммонда припасен заранее.
   - Ваша честь, дело было для нас новым, и тогда мы ещё только расследовали вопрос о причастности к нему подзащитного Бобби Отта. Теперь, по прошествии времени, мы убеждены, что Отта привлекли лишь для того, чтобы избежать рассмотрения дела в федеральном суде.
   - Значит вы изначально хотели, чтобы оно находилось в юрисдикции федерального суда?
   - Да, сэр.
   - Даже в то время, когда делом занимался Харви Хейл?
   - Да, ваша честь, это так, - с подкупающей искренностью отвечает Драммонд.
   По лицу Киплера видно, что он не верит Драммонду ни на йоту. Да и на лицах всех остальных присутствующих можно прочесть то же самое. Никого это, разумеется, не волнует, однако Киплер себя показал.
   Драммонд, как ни в чем не бывало, продолжает идти напролом. Судей он на своем веку перевидал не одну дюжину, и ни капельки людей в черных мантиях не боится. Да, немало воды утечет, и немало процессов останется за плечами, прежде чем и я смогу похвастать тем же.
   Речь Драммонда продолжается уже минут десять, и он уже переходит к вопросам, изложенным в тезисах, когда Киплер вновь вмешивается.
   - Извините, мистер Драммонд, но помните ли вы, как всего несколько минут назад я