ез две недели. Насколько мне известно, обычно адвокаты договариваются о дате, месте и времени проведения подобных допросов по телефону. Профессиональная вежливость, так это называется в наших кругах. Беседа занимает не больше пяти минут и существенно упрощает процедуру. Драммонд же, судя по всему, либо позабыл об учтивости, либо решил, что пора закручивать гайки. В любом случае я преисполнен решимости перенести и дату и место. Не из вредности, но из принципа.
   Удивительно, но никаких ходатайств в пакете нет. Что ж, подождем до завтра.
   Срок ответа на письменные запросы - один месяц, причем подавать запрос обе стороны могут одновременно. Работа над моим запросом уже близится к завершению, и драммондовское послание меня подстегивает. Мистер Большая Шишка увидит, что и мне правила бумажной войны знакомы не понаслышке. Либо это произведет на него должное впечатление, либо он лишний раз убедится, что связался с адвокатом, которому больше нечем заняться.
  
  ***
  
   Когда я тихо подкатываю к нашему подъезду, уже почти темно. Рядом с "кадиллаком" мисс Берди припаркованы два незнакомых автомобиля - сверкающие "понтиаки" с наклейками фирмы "Авис", сдающей машины напрокат, на задних бамперах. Пока я на цыпочках огибаю дом, надеясь пробраться в свой курятник незамеченным, изнутри доносятся голоса.
   А ведь я задержался в конторе допоздна специально для того, чтобы избежать встречи с Делбертом и Верой. И надо же быть такому свинству - супруги сидят с мисс Берди во внутреннем дворике и распивают чай. И не только супруги.
   - Вот он! - громко провозглашает Делберт, как только я выползаю из тени. Я останавливаюсь, смотрю в их сторону. - Подойдите сюда, Руди! - Это скорее требование, нежели приглашение.
   При моем приближении Делберт медленно приподнимается. Встает и второй мужчина. Делберт представляет его.
   - Руди, познакомьтесь с моим братом Рэндолфом.
   Мы с Рэндолфом обмениваемся