ин, продувается в карты, да и дети подкачали, а вот сама она - просто золото. Два года назад, когда она впервые подала на развод, муж метким выстрелом высадил стекло в кабинете её поверенного. Обожает, стервец, оружие, всех застращал. Тут я мельком посматриваю на Дека, но тот не спускает глаз с клиентки.
   Она вносит шестьсот долларов аванса и обещает заплатить еще. Завтра же мы возбуждаем дело о разводе. Она правильно поступила, обратившись в контору Руди Бейлора, заверяет Дек. Здесь её дело в надежных руках.
   Не успел её след просохнуть, как звонит телефон. Мужской голос спрашивает меня. Я представляюсь.
   - Здравствуйте, Руди, это Роджер Райс, поверенный. Мы с вами не знакомы.
   В поисках работы я, кажется, перевидал всех юристов Мемфиса, но Роджера Райса не припоминаю.
   - Да, похоже. Я совсем недавно варюсь в этом соку.
   - Ну да. Мне пришлось позвонить в справочную, чтобы разыскать вас. Послушайте, ко мне сейчас заглянули братья Берди - Рэндолф и Делберт, со своей матерью, Берди. Кажется, вы их знаете.
   Я попытался представить, как Берди, сидя между сыновьями, глупо улыбается и бормочет: "Да, я так рада!"
   - Да, с мисс Берди я хорошо знаком, - непринужденно отвечаю я.
   - Вообще-то они сейчас сидят в моем кабинете, а я отлучился в конференц-зал, чтобы позвонить вам. Дело в том, что я занимаюсь её завещанием и... словом, речь идет об очень крупных деньгах. Говорят, вы пытались изменить её завещание.
   - Да, это верно. Несколько месяцев назад я приготовил черновой вариант, но она так и не настроилась на то, чтобы довести дело до конца.
   - А почему? - Голос Райса звучит вполне дружелюбно. Адвокат выполняет свою работу, и не его вина, что они нагрянули к нему всей гурьбой. Поэтому я в нескольких словах излагаю ему желание мисс Берди оставить все свое состояние преподобному отцу Кеннету Чэндлеру.
   - Неужто она и в самом деле так богата? - спрашивает