Мистер Пол Мойер назначил мне встречу.
   - Одну минуточку. - Девушка нажимает какую-то кнопку, немного выжидает, затем говорит:
   - Мистер Мойер, к вам посетитель. Мистер Бейлор. - При этом с лица её не сползает улыбка.
   Должно быть, кабинет Мойера находится поблизости, поскольку не проходит и минуты, как он уже пылко трясет меня за руку и расспрашивает, как я добрался. Я следую за ним по коридору к расположенным за углом лифтам. На вид Мойер мой ровесник, он безостановочно болтает ни о чем. Мы выходим на четвертом этаже, и я мгновенно перестаю ориентироваться в лабиринте коридоров и переходов этого архитектурного монстра. Полы здесь застланы коврами, освещение мягче, чем внизу, а на стенах развешаны картины. Идя по коридору, Мойер трещит без умолку, но наконец открывает тяжелую дверь и впускает меня внутрь.
   Добро пожаловать в рай! Я оказываюсь в просторном конференц-зале, в центре которого возвышается полированный овальный стол, окруженный по меньшей мере полусотней стульев. Над самым столом нависает хрустальная люстра. В левом углу зала - бар. Справа - кофейный столик, уставленный блюдами с бисквитами и булочками. За столиком собралась кучка заговорщиков, их не меньше восьми, причем каждый как на подбор в темном костюме с белой сорочкой и полосатым галстуком, и в черных туфлях. Восемь против одного. Нервная дрожь в моих поджилках переходит в пляску Святого Витта. Где же вы, Тайрон Киплер, в такой ответственный час? Сейчас даже присутствие Дека было бы мне хорошим подспорьем.
   Четверо из неприятельской восьмерки - мои старые приятели из "Трень-Брень". Еще одна физиономия знакома мне по недавнему слушанию нашего дела в Мемфисе, а вот оставшиеся трое - полные незнакомцы. Увидев меня, все, как по команде, дружно замирают. На мгновение все умолкают, перестают работать челюстями и вытаращиваются на меня. Очевидно, что я прервал весьма важную беседу.
   Первым очухивается Т. Пирс